16.03.08. Про бизнес
 меня тут догматиком назвали. Согласен, что последние посты догматичны. Дальше еще жестче будут. Бажанов говорил, вначале надо создать галереи а потом бороться с ними. Я тоже считаю: вначале догмы надо сформулировать, а потом расшатывать.  

Еще той-мейкер остроумно заметил по поводу предыдущего поста: гинеколог рассуждает об любви. Он мне симпатичен, но смею надеяться, что в любви понимаю побольше чем он, и тому есть свидетельства. Говорить об искусстве - в моей ситуации - это говорить о конкретных художниках. Прийдет время. Но предупреждаю, что этот пост уж совсем для гинекологов. Только о бизнесе. Так что тем кто хочет о любви - можно спокойно пропустить. Ничего не потеряете.

Да, галерея это бизнес. Не только, но бизнес в первую очередь. И музей бизнес. Но во вторую. Музей как бизнес структура расположен на рынке обслуживания свободного времени, туризма и образования. Поэтому основные источники дохода - власти (туризм. В некоторых городах в счете за гостиницу прямо проставлен налог на музеи), попечительский совет (чаще всего местные коллекционеры) и продажа билетов. Интересно что доходы из трех источников тратятся в трех направлениях: бюджетные деньги на функционирование: зарплата сотрудников, коммуналка и.т.п. Деньги от попечительского совета на пополнение коллекции. Билеты - фонд создания собственных выставочных проектов. Без выставок могут существовать только самые крупные музеи, в самых крупных туристических центрах. Такие как Лувр, Эрмитаж, Метрополитен. Там где туристический поток настолько велик, что местную публику можно не учитывать. Гугенхайм выиграл именно за счет выставок. Сделал ставку на нью-йоркскую публику. Игорь Маркин это тоже быстро понял. Коллекция это хорошо. Можно летом не делать выставок а показывать коллекцию. Но успех маленького музея - не коллекция а выставочная программа. Есть еще би-ту-би. Когда музей «продает» другому музею выставку или одалживает работы из коллекции. Но это чаще всего бартер. В России, по моему, только Эрмитаж на этом зарабатывает всерьез.

успешная галерея это:

1. три вида деятельности: организация выставок, продюсирование художников, торговля искусством. Доход в основном - от торговли, но если галерея занимается только торговлей - это салон. Практически все ярмарки требуют от участников представить выставочную программу последних 3-х 5-и лет. Без нее заявки не рассматривают. Исключения есть. Например Дэйч Прожект - очень хорошая галерея - художников не продюсирует. Делает отличные выставки и продает их, чаще всего сразу мезеям. Пропорции этих видов деятельности могут быть разными. У нас в галерее так примерно: выставки - 50%, продюсирование 30%, торговля - оставшиеся 20.

2. Художники в которых ты веришь. Несколько художников которые при участии галереи стали известны и успешны. Что свидетельствует для коллекционеров экспертную силу галереи. Есть исключения, например тот же Гагосян брал только уже известных. Но это требует огромных денег и очень надежного круга клиентов. Не коллекционеров даже, а инвесторов. Те у кого есть такие деньги в этом тексте не нуждаются. Они просто нанимают лучших профессионалов. Вообще нью-йоркские галереи - отдельная тема. О них ниже.

3. Галерея является ньюсмейкером. Она делает выставки которые получают рецензии. Это не всегда связано с именами художников. Хороший пример - галерея ПРОУН Марины Лошак. Работает со старым материалом. Но в отличие от антикварных галерей всегда делает концептуальные выставки. И в результате, для медиа никого кроме нее как бы и не существует в этом секторе.

4. Работает с местным контекстом. Даже интернациональные галереи успешны, когда в листе художников есть региональные. Это делает ее частью художественной среды. Художники понимают, что их успех гипотетически может состояться с помощью галереи. И по этой же причине постоянно ищут новых, молодых. Критики следят более внимательно. Коллекционеры могут с помощью галереи купить недорого потенциально успешных, но еще малоизвестных художников.

5. активная и безвозмездная работа с некоммерческим сектором: музеями, биеннале, независимыми кураторами, делающими выставки на спонсорские деньги. Без этого нормальной продюссерской работы быть не может.

6. имеет возможность финансировать художника в которого верит, еще до появления первых коллекционеров. Компенсируя расходы работами художника. Таким образом галерея сама инвестирует в искусство. Этот принцип конечно не столь обязательный как другие, но в финансовом смысле - это залог благополучия и комфорта. Дело в том, что успешный художник (особенно это касается молодых рынков) может начать сотрудничать с другой галереей. Например из Москвы переедет в Нью-Йорк или Кельн. Или к тому галеристу который готов с ним работать как со звездой, а не как с одним из. Остановить художника невозможно. Галерея не должна действовать во вред художнику и если интерес галереи и художника перестает быть общим - он уйдет эни вэй. Если у вас есть работы художника в собственности, да еще ранние. Вы будете с радостью смотреть на успехи художника за океаном.

6. Дальше идут желательные факторы. Не обязательные, но существенные. Интеграция в международный контекст (ярмарки, галереи партнеры по всему миру). Локэйшн. Удобное расположение, лучше всего среди других галерей и лучше всего в культурной столице (хотя есть примеры отличных галерей в маленьких провинциальных городах. Не в России.). Хорошее выставочное пространство. Интересная публика на вернисажах.

 з.ы. Про нью-йоркские галереи. Эскизно. В штатах музеи являются одним из инструментов «оптимизации налогов». Если ты подарил, а музей принял в подарок, работу художника, ты получаешь типа справку, что сделал донейшн на такую-то сумму. Несешь ее в налоговую и 30% (по моему) от этой суммы списывают с твоих налогов. Понятно, что с известными художниками, имеющими более не менее стабильную цену - это не выгодно. Выгодно купить художника на старте и ждать пока он станет «музейным». Купить за 10 тысч, подарить и получить справку на 500 тысч. Поэтому почти все, кто платит налогов вокруг лимона в год - начинают играть на арт-рынке. Часто несколько таких персон объеденяются - находят знающего, обладающего интуицией, с их точки зрения, эксперта и создают галерею, являясь при этом основными (и уж точно первыми) покупателями.

Даже если художник не стал музейным, ты ничего не проигрываешь. Работы, в качестве интерьерных, не дешевеют и у тебя есть инструмент ликвидности (галерея), но если музеи его работы хотят - твой выигрыш очевиден и многократен. Собственно из-за этого закона и из-за того, что музеи современного искусства в США каждом более не менее большом городе, там и рынок самый мощный. Если совсем цинично - такая биржевая игра на именах.

з.ы.ы. В Европе рынок поддерживается все таки больше страстью коллекционирования. Швейцарцы покупают исскуство из поколения в поколения (причем все собирают своих современников) не продают и не дарят. Сегодня наиболее амбициозные коллекционеры хотят открыть когда-нибудь частные музеи. Оставить свое имя в вечности. Кто-то инвестирует. Кто-то наслаждается обществом. Кто-то воспринимает это как меценатство - поддержку искусства. Эти чаще всего покупают из года в год одних и тех же артистов. Кто-то оформляет свои дома и квартиры, офисы не просто декоративными работами, под цвет обоев, а настоящим искусством, покупает известных художников, подымая свой социальный статус.

з.ы.ы.ы.У нас традиция собирательства в советское время была не просто прервана, а низвергнута до уровня постыдного и полукриминального занятия. Помните, иконы, контрабанда, вынужденные подарки музеям. Короче, все только начинается. И шум вокруг нашего рынка не от того, что он большой, а от того, что быстро развивающийся. У западных галеристов просто голова кругом от количества пустых стен в домах новых русских богачей. В Европе они уже давно «заняты».